Есть один прекрасный музыкальный инструмент, над судьбой которого я могу пролить пару тихих слезинок, после того, как пропью пару горьких рюмок, потому что без этого наблюдать за надругательством над ним совсем невмоготу. Благороднейший инструмент, который усовершенствуется на протяжении последних 5 тысяч лет, слияние слов "музыка" и "струна", способный на настоящие чудеса, давно брошен в массы, а как писал Игорь Губерман, "идея, брошенная в массы - это девка, брошенная в полк". Гитара, как девица благородная, сопротивляется тому, чтобы с ней обращались грубо и неумело - особенно на людях. И это, друзья мои, слышно невооруженным ухом, как она стонет и скрипит в руках незадачливого гитариста, который еще и подпевает голосом, стилизованным хорошо если под Бутусова, а то ведь иногда и под Цоя, безбожно перевирая слова и не имея никакого представления о нотах.

"Милый, любимый - танцевала однажды я ритуальные танцы на заре туманной юности вокруг приятеля, пришедшего ко мне на день рожденья с гитарой. - Давай меняться, я тебе стакан, а ты мне гитару, а?". Он мотал головой, не переставая гнусавить на одной ноте: "вена - моя эрогенная зона". Гитару, в конце-концов, отобрали, а приятель, кажется, пошел брать дополнительные уроки игры на ней - так, чтобы слушатели не перепутали "The Unforgiven" и "Ланфрен-Ланфра" в его исполнении.

Но нет, не это самое страшное. Самое страшное - это авторская песня. Стихи, написанные автором, который слово песня пишет с буквой "т", положенные на его же музыку. Таких "бардов" надо приглашать в походы в леса, где водятся кабаны и медведи - и можете даже костер не разжигать, не подойдут близко, потому что шедевральное исполнение слышно хорошо - на громкость автор-исполнитель обычно не скупится. Так же как и на скромность.

Большое, в общем, человеческое спасибо тем авторам, исполнителям и Ричи Блэкмору - которые не насилуют этот благородный инструмент.Гитара будет вам благодарна, а слушатели - и подавно. Они, слушатели-то, народ неприхотливый.